(Беседа в Пепельную среду 2026 г., великопостный ретрит с общиной в Бонво)
Мы принимаем пепел в начале великого поста. Это очень первобытный, давний ритуал, довольно шокирующее упоминание о том, что мы смертны. Но это не должно восприниматься как нечто депрессивное. Это должно пробуждать нас. Это должно стать мощным пробуждением к реальности нашей человеческой ситуации.
Итак, принятие пепла – знак того, что мы начинаем 40 дней Великого поста. Почему же у людей есть эта склонность к аскетизму – склонность отказывать себе в вещах, которые сами по себе вовсе не плохи? Возможно, не потому, что они плохие, а потому, что люди хотят как-то тренировать себя? Или мы хотим что-то доказать себе самим?
Порой стремление к аскетизму может быть довольно экстремальным — практически на грани безумия. В Малазийском Пананге отмечают религиозный праздник под названием Тайпусам, собирающий тысячи людей. Это выглядит весьма драматично – участники заранее, неделями или месяцами, тренируются, чтобы ввести себя в состояние, похожее на транс. Затем они втыкают себе в спину крючья, а другой конец веревки привязывают к тяжелой тележке или чему-то подобному. Отягощенные этим грузом, они поднимаются на холм. Согласитесь, это удивительное зрелище: мы видим исполненных энтузиазма участников, жаждущих исполнить сей аскетический подвиг. Данный ритуал понимается как покаяние — или, возможно, как создание заслуг, которые можно передать кому-то другому. Рядом с аскетами на холм восходят и их друзья: они не имеют права помогать им, но поддерживают и ободряют их, как на футбольном матче, — и все одинаково захвачены происходящим. В любом случае, это крайность, и я полагаю, что подобного рода крайности на самом деле не являются настоящим аскетизмом.
Чем является аскетизм?
Мы попытаемся исследовать, что же такое аскетизм, почему он является частью нашей христианской традиции — и почему он, в определенной степени, также является и частью каждой религиозной традиции. Возможно, аскетизм вообще является частью человеческой природы, — даже вне религиозных рамок. К примеру, люди ограничивают себя, садясь на диету, — но это, как правило, делается не для роста духовного уровня, а для улучшения внешности. Бывает, что практикуются не только ограничения, но и активные действия, — как тренировки в спортзале, — но и эта «аскеза» имеет своей целью не прославление Бога, а улучшение здоровья и самочувствия.
Но подобные «мирские аскезы» иногда могут и вызвать зависимость. В одном университете, где я преподавал, администрации пришлось закрыть спортзал, потому что некоторые студенты ходили тренироваться в спортзал трижды в день. Механизм возникновения зависимости таков: у вас возникает приток адреналина, эндорфинов или чего-то подобного, — и вы «подсаживаетесь». Так что и аскетизм может иметь весьма разные аспекты.
Но я хотел бы попытаться понять его сущность в начале Великого поста, который является аскетическим периодом в христианском году и служит подготовкой к Пасхе. Цель этого вовсе не в том, чтобы наказать себя, — даже в качестве искупления за прошлые грехи, какими бы они ни были. Пожалуй, цель состоит в том, чтобы упростить, очистить, обновить, освежить себя, чтобы мы могли войти в тайну Пасхи через 40 дней и пережить великую тайну смерти и воскресения Христа как в сердце человеческой истории, так и в сердце человеческого пути в настоящее время, и чтобы мы могли понять это единение на собственном опыте. По сути, мы настраиваем наше тело, разум и воображение на эту «высокую волну». Все эти составляющие нас аспекты должны работать здоровый образом, чтобы мы могли глубоко пережить Пасхальные таинства.
Слово «аскетика» или «askēsis» (греч. «упражнение», «тренировка») встречается в Новом Завете в отрывке, где святой Павел призывает ранних христиан сохранять и поддерживать свое духовное усердие. Каждый раз, когда мы начинаем что-то, мы можем начинать с энтузиазмом и большой надеждой, и у нас возникает первый пыл обращения, как описывает это святой Бенедикт. Так всегда бывает, когда вы начинаете что-нибудь новое. Это могут быть новые отношения. Это может быть новая работа. Это может быть новый этап в вашей жизни или переезд в новое место. И у нас всегда есть прилив волнения и надежды, когда мы начинаем что-то новое.
Как долго это длится? Конечно, это зависит от обстоятельств. Но хотя бы примерно? Один год? Хотелось бы надеяться, что хотя бы столько. Как долго длится этот интенсивный романтический период? У меня есть друзья, это пара. Как-то раз мы с ними общались в компании, и они рассказали, как познакомились. Муж сказал: «Я и сегодня помню, как впервые встретил молодую женщину, которая стала моей женой». Они были женаты уже лет десять. Он добавил: «Знаете, когда она заходит в комнату, я до сих пор испытываю тот же самый прилив волнения, радости и восторга». Его жена тоже говорила: «При нашей встрече я ощутила нечто особое… Не знаю даже, как это описать, но это было просто невероятное волнение». Мне уже приходилось слышать подобные же слова от людей с совершенно другим опытом: молодых монахов, послушников, испытывающих пыл новиция. Есть такое немецкое выражение — «вечный новичок». Существуют люди, способные сохранить подобную непосредственность и свежесть как в собственной личности, так и в своей реакции на мир. Но все же, как долго длится этот период обычно, в среднем?
А может, я просто циничен в своем желании оценить продолжительность этот периода, в своем сомнении в его продолжительности? Может быть, каждый из вас чувствует это постоянно? Да, это ощущение может исчезать, когда возникают трудности. Это не значит, что в отношениях проблемы. Это просто означает, что в начале вашего пути всегда есть этот своеобразный всплеск новизны и волнения.
Эта свежесть подобна цвету весны. Мы еще не совсем там, но уже предчувствуем тот самый чудесный светло-зеленый цвет. Я говорю о том очень светлом водянистом зеленом, который вы видите весной, прежде чем он станет темнее — темно-зеленым и загрязненным. Во всяком случае, святой Павел обращается к этим новым ранним христианам и говорит – вам нужно продолжать свою практику, свою аскетику.
Он говорит – подумайте о спортсменах, которые каждый день тренируются, чтобы одержать победу. Конечно, они зарабатывают сотни миллионов фунтов или долларов, и делают это ради удовольствия от победы, славы и успеха. Но то, к чему мы стремимся в наших духовных упражнениях, гораздо более ценно. Эта радость никогда не исчезнет. Как сказал Святой Иаков в начале своего письма, даже за проблемы, которые вы получаете в жизни, вы можете благодарить Бога, потому что они учат вас, учат как с ними справляться.
И, возможно, одна из ужасных вещей, которая произошла в нашей системе образования, состоит в том, что мы не готовим детей, мы не обучаем их самодисциплине или самоконтролю, не учим их умеренным или реалистичным ожиданиям. Сегодня все вокруг нас вызывает зависимость, и все пронизано этим высоким уровнем восхищения, жаждой постоянной новизны. Поэтому, когда возникают трудности или разочарования, очень легко впасть в глубокую и темную депрессию или пессимизм.
Итак, послание святого Павла использует слово «аскезис», всегда служившее для описания упражнений или тренировок, которые обычно делают спортсмены — и делают с удовольствием. Они встают рано утром, и эти тренировки становятся частью их жизни. Они обладают этой целеустремленностью. Именно поэтому мы им аплодируем, потому что они так упорно трудились, чтобы получить свою золотую медаль, — но может, даже и бронзовую. Мы восхищаемся ими, в определенной степени уважаяих упорство как демонстрацию того, на что мы все способны, когда сосредотачиваемся и действительно серьезно относимся к тому, к чему стремимся.
Цель аскетики
Итак, вопрос заключается в том, что мы любим? К чему мы действительно стремимся? Какова цель нашей жизни — и насколько мы осознаем, какова эта цель?
Самоконтроль описывается святым Павлом в Послании к Галатам, где он перечисляет плоды духа. Любовь, радость, мир, терпение, доброта, милосердие, верность, кротость и самоконтроль. И он говорит, что нет закона, который регулировал бы такие вещи. Иными словами, вы не можете это ни измерить, ни контролировать.
Но самоконтроль – это врожденная способность. Самодисциплина является частью жизни Духа в нас. Все эти качества — плоды Духа — мы могли бы назвать «добродетелями», — но они являются чем-то большим, чем наше привычное понимание добродетелей. Они действительно являются проявлениями Божественной жизни. Они являются проявлениями Божественного в очень человеческом опыте и с точки зрения нашей человеческой природы. Вы можете этого не замечать, но люди, с которыми вы живете, вполне могут заметить, что с вами, например, стало легче жить с тех пор, как вы начали медитировать. Если у вас есть муж или жена, которые не медитируют, не пытайтесь заставлять их медитировать, а просто покажите им эти плоды. И однажды он/она скажет вам: знаешь, с тобой стало гораздо легче жить. Думаю, я сегодня присоединюсь к тебе во время медитации. Оказывается, что пример – самый лучший способ обучения, — и он заразителен.
Эти качества, которые Павел называет плодами духа, проявляются в человеческом поведении, в человеческих моделях реагирования на события. В том, как мы справляемся с разочарованиями. Как мы справляемся с жизнью и смертью. Это очень реалистичная иллюстрация фундаментального христианского верования, что Бог стал человеком, чтобы люди могли быть обожены. Мы можем почувствовать это в самые что ни на есть рядовые моменты нашей жизни, когда ваши муж или жена, или люди, с которыми вы работаете, внезапно говорят: «О, знаете, а вы стали более терпеливы». Или: «Спасибо, что выслушали меня. Раньше вы не слушаете меня настолько внимательно». И в нас происходит небольшая вспышка самосознания. Причем, это вовсе не самодовольство! Вы можете сказать себе: «Ну, пожалуй, это действительно правда. Я меняюсь, но я не стану об этом говорить, а вдруг это ненадолго?» Но вы осознаете процесс перемен, рост – как уже происходящее внутри вас.
«Бог стал Человеком, чтобы Человек стал Божественным» *
Если мы посмотрим на то, что с нами происходит, в свете веры, — то увидим то, что подразумевается под обожением, дивинизацией, теозисом.
Бог стал человеком, чтобы каждый человек мог реализовать свой потенциал и иметь полноценное участие в жизни Троицы, в христианском видении Бога, войти в этот путь, в сердце самого бытия, в жизнь Бога. Итак, с этой точки зрения наши упражнения и практики направлены на достижение этой цели. Это то, к чему мы действительно стремимся. Это наше глубочайшее стремление быть единым с нашим источником, чтобы познать Бога, любить Бога и служить Богу.
Это требует времени и терпения. Конечно, на этом пути могут встречаться драматические моменты обращения или особые яркие переживания. Но все эти исключительные переживания не являются целью. Неважно, состоятся они или нет в нашем опыте. Есть более глубокое знание – знание, основанное на опыте того, что «что-то происходит» внутри вас. Вы изменяетесь и хотите поддерживать форму. Вы хотите поддерживать связь с этим процессом.
Ничего не должно происходить
Однажды я разговаривал с другом, который был поистине замечательным проповедником медитации. Он имел страсть к созданию групп медитации и основывал их по всему миру. Однажды он сказал мне: «Знаешь, я должен тебе кое-что сказать, Лоуренс. Я медитирую уже лет двадцать, — и со мной ничего не происходит». Но потом он добавил: «Вообще-то я и сам знаю, что ничего и не должно происходить. Вот ничего и не происходит». Я ответил, что это еще прекраснее, что он так увлеченно делится этим даром с другими людьми, ничего не получая для себя. Он посмотрел на меня и сказал: Но я не говорил, что ничего не получил! Это изменило мою жизнь, это полностью изменило меня».
Он является личностью такого типа – всегда чувствует, что терпит неудачу в чем-то или что он чего-то где-то не получил. Но, невзирая на свой тип личности, глубоко внутри он знал, что находится в процессе трансформации. Мы можем осознавать это по-разному, по-разному выражать это. Но я думаю, что где-то глубоко у нас у всех есть знание о том, что мы находимся в контакте с этим жизненным процессом, являющимся целью жизни.
Смысл жизни состоит в том, чтобы мы осознали процесс трансформации, каковым является сама жизнь. И поскольку этот процесс перемен происходит внутри простых обычных жизненных изменений, само по себе пребывание в нем несет нам изменение обстоятельств, изменение здоровья, изменение настроения или изменение восприятия удачи или неудачи. Оставаясь среди всех этих изменений, мы получаем способность видеть значение происходящей в нас трансформации и верить в него.
Свободное пространство
Итак, аскетизм в духовной традиции, здоровый аскетизм, это не просто отказ от вещей, — и он точно не о том, чтобы втыкать крючки в кожу и тянуть тяжелые повозки вверх по холму, или ставить перед собой чрезвычайно экстремальную цель, а затем чувствовать гордость. Именно так Иисус описывает опасность духовной гордыни, религиозной гордыни, по крайней мере, в Евангелии Пепельной среды (Мф 6: 1-18)**. Это искажение смысла аскетизма. Дело не в том, чтобы лишить себя чего-либо, а в том, чтобы освободить место в своей жизни — освободить для чего-то важного. Аскетизм – это освобождение места в вашей жизни, в ментальном и эмоциональном пространстве, чтобы это свободное пространство развернулось, открылось вам и начало учить вас.
Пустынническая традиция
Это свободное пространство поначалу может казаться вам своего рода пугающей пустотой. Поэтому вам будет трудно понять это или поверить в это. Начало истории христианства ознаменовалось монашеским движением, которое очень драматично развернулось на Ближнем Востоке, в пустынях Египта и Сирии. В этой среде было очень глубокое и разумное мышление о смысле аскетизма. Существовали разные виды аскетизма. Аскетизм египетских отшельников был известен своей умеренностью. Хотя иногда когда читаешь некоторые истории, кажется, что они были достаточно экстремальными по сравнению с нами. Но на самом деле некий очень сильный пульсирующий ритм учения об умеренности, присутствует даже не только в правиле святого Бенедикта, написанного пару сотен лет спустя, но и в историях отшельников. Эти истории похожи на маленькие дзен-высказывания или дзен-притчи. На самом деле некоторые из них не просто похожи, они идентичны некоторым дальневосточным историям. Они показывают, как одна традиция или культура влияет на другую.
Пустынническая традиция Египта, из которой мы получаем наше учение о медитации, была отмечена именно этим качеством умеренности. В то время как сирийское монашеское движение было гораздо более радикальным. К примеру, монахи, которые проводят 20 лет на вершине шеста, или вообще отказывают себе во сне. Им были присущи весьма экстремальные акты аскетизма.
Сегодня нам, безусловно, покажется, что подобный подход выглядит немного психотично или, как минимум, невротично. Но мы увидим в наследии пустынников и определенный импульс к самоконтролю и умеренности, напоминание о необходимости проверять себя, если вы хотите жить аскетической жизнью. И святой Бенедикт говорит, что в аскетической жизни вы должны не просто тайно двигаться, совершая какое-то невероятное дело отказа себе в чем-либо. Вы должны общаться со своим аббатом, учителем или со своим духовным спутником или другом.
Томас Китинг однажды сказал мне, что когда он ушел в траппистский монастырь, — а это было во время войны, в Америке, — монахи там соревновались друг с другом. Основное их убеждение заключалось в том, что чем больше ты страдаешь, тем больше ты приблизишься к Богу. Он вступил в этот монастырь с пылом первоначального обращения. Но впоследствии он начал болеть и тогда аббат позвал его и сказал, что он перестарался. Он, знаете ли, плохо питался. Поэтому аббат сказал: «Я приказываю вам под послушанием съедать два шоколадных батончика в день во время Великого поста». И отец Томас сказал, что он ощутил абсолютное поражение.
Ему было стыдно. Но в любом случае, это было моментом его пробуждения. Знаете ли, всегда есть риск в чем-нибудь «переборщить». И именно поэтому аскетизм – это прежде всего путь модерации, воздержания. Я имею в виду — не ходите в спортзал трижды в день!
Умеренность и здравомыслие
Вам не нужно отказывать себе в любом удовольствии. Но как же узнать, что является умеренным? Сами вы этого не знаете. Вам нужен дар здравомыслия. Определенный вид мудрости.
Это то, за чем мы идем к людям с опытом, когда сталкиваемся со сложными вопросами. У таких людей есть жизненный опыт. Они много размышляли над ним. Они могут быть способны передать нам определенную степень их благоразумия и способности оценивать конкретные обстоятельства, с которыми вы сталкиваетесь. Различные ситуации в разное время могут потребовать разных подходов.
Благоразумие очень важно. Благоразумие, по словам святого Бенедикта, является матерью всех добродетелей. Это также можно назвать и духовным здравым смыслом. Цель состоит в том, чтобы избегать крайностей, не впадая в попустительство своим желаниям и отсутствие самоконтроля.
Я признаюсь перед вами. Я ехал недавно на машине, и пошел заправиться, а потом увидел пачку винных жвачек. Знаете что такое винные жвачки? Наверняка не знаете. Это такие маленькие конфеты. Жевательные. Очень-очень сладкие. И они бывают разных цветов. Одна знакомая рассказывала мне, что когда она и ее сестры были маленькими, они купили пачку винных жвачек и пошли в сад, чтобы их съесть, думая, что напьются. На самом деле от них вы не напиваетесь, но они дают вам передозировку сахаром. А если вы путешествуете в одиночестве, то пакет винных жвачек быстро исчезает. Поэтому, по крайней мере, моей целью было осознание того, что именно я делаю.
Страсти и апатея
Итак, для раннехристианского духовного движения аскетизм был неотъемлемой частью сбалансированной христианской здоровой жизни. Целью было то состояние, которое они называли Апатеей. Апатея – это греческое слово, буквально обозначающее «отсутствие страсти». Но вы должны понимать, что означает слово «страсть» в данном контексте.
Страсть – это хорошая черта нашей человечности, которая стала нездоровой, утратила равновесие или превратилась, например, в зависимость. И состязательность — даже в аскетизме — сама по себе также не является плохой вещью. Состязательность — естественная часть детских игр, но если она примет экстремальные формы, то может сделать вас безжалостными. Она может разрушить ваш баланс жизни и ваше душевное спокойствие, и вы станете одержимыми и зависимыми от такого поведения. Итак, Апатея есть то, что Евагрий Понтийский, один из великих учителей пустыни, описывал как здоровье души.
Это здравый ум, здоровое состояние. Итак, аскетизм – это работа над нашими излишествами, зависимостями или навязчивыми идеями. И опасность этих зависимостей и навязчивых идей прежде всего в том, что они порождают невежество. В индийской традиции это называют Авидьей, что означает духовную слепоту – неспособность видеть дальше непосредственной поверхности вещей или неспособность видеть дальше собственных стремлений, собственной страсти, собственной важности, собственных проблем. Это провал нашего эго в темницу его собственного, замкнутого мира.
И именно это отшельники подразумевали под «страстями». По сути это вполне здоровые вещи, такие как сексуальность, еда и прочие наши жизненные проявления, — но над ними необходим самоконтроль, иначе они могут стать нездоровыми и саморазрушительными. Я думаю, что мы живем в психологически нездоровой культуре. Нами руководит жадность, и сутью этого потребительского мира являются ценности, о которых мы слышим в новостях каждый день – это экономические ценности. Экономические, финансовые, и так далее. Все оценивается согласно этому материалистическому стандарту. Не то чтобы это совсем не важно — но когда все оценивается только таким образом, это становится навязчивым. Марк Карни, премьер-министр Канады, после того как покинул пост главы Банка Англии, написал книгу под названием «Ценности» – длинную книгу, в которой он, как медитатор, размышлял — будучи также очень хорошим экономистом — об обесценивании жизни из-за чрезмерного материализма. Мы знаем цену всему, но уже ничего не ценим по-настоящему.
Равновесие вместо наказания
Мы убедились, что аскетизм в ранней церкви не был наказанием. Он не был похож на самостоятельно нанесенные раны. Речь шла не о том, чтобы приблизиться к Богу, как некий героический атлет в духовной гонке. Речь шла о поддержании стабильной, регулярной, сбалансированной жизни, в которой все части нас нуждаются в гармонизации, — и каждую нужно уважать, учитывая ее собственные потребности и требования. Вот почему святой Бенедикт написал свое очень простое, но очень мудрое правило, в котором он делает акцент на двух темах.
Первая из них – это вопрос, как можно научиться жить вместе, не пытаясь друг друга убить? Как жить в общине любви, если все люди очень разные? И вторая тема – об уважении к человеческому балансу физических потребностей, эмоциональных потребностей, психической жизни, психического здоровья – того, что мы вкладываем в свой разум. Как мы формируем себя тем, что мы воспринимаем, — к примеру, что мы читаем, что смотрим, что делаем? Каково наше представление о развлечениях?
Итак, как сбалансировать гармонию, уважая потребности каждой из этих частей нашей человечности: физической, ментальной, психологической и духовной? То, что описывает св.Бенедикт — его собственная жизнь, модель этой жизни, ее распорядок, — становится примером для людей, приезжающих к нам в Бонво. Возможно, некоторые из наших гостей впоследствии захотят провести остаток своей жизни именно таким образом — здесь, в Бонво, или в другом месте. Каждый из вас может постоянно напоминать себе о возможности жизни по такому монашескому расписанию, где все происходит с помощью тайм-менеджмента, и где есть время для физических упражнений, время для чтения, время для молитвы, еды, мытья и сна и всего остального. Это очень привлекательная идея для большинства людей. Некоторые люди любят хаос, но большинство людей предпочитают определенный порядок в своей жизни.
Медитация – аскетика одного слова
В жизни мы сталкиваемся со многими вызовами, которые требуют от нас дисциплины. К сожалению, аскетический подход не решает всех наших проблем, точно так же, как не решает их и медитация. Если бы это было так! — это было бы здорово! Можно было бы даже продавать медитацию, как универсальное средство для решения всех ваших проблем, — но ведь она их не решает. Что же она делает? — Она помогает нам начать менять жизнь в направлении, которое я описываю.
Медитация показывает вам, как справляться с проблемами, как управлять ими, опираясь на самоконтроль, но не подвергая себя перегрузкам, не ища убежища в страстях зависимости, одержимости или экстремизма (которые являются типичными путями бегства от проблем). Медитация — это особый путь жизни. Но, конечно, она не является способом немедленно получить все желаемое.
Джон Мейн говорил, что главной аскезой христианской жизни является молитва. Но что именно он подразумевал под молитвой? Он не говорил о долгих часах, проведенных в храмах, в устных молитвенных просьбах или в ритуальном поклонении. Под молитвой он подразумевал именно то, что имели в виду ранние учителя христианства, — и о чем говорил Иисус в Нагорной проповеди. Молитва сердца.
Аскеза мантры заключается в том, что нам достаточно только ее, — лишь одного простого слова. Я думаю, что этого достаточно, чтобы подарить нам чувство умеренности и баланса. С помощью этой аскетической практики вы на собственном опыте получаете представление о том, как вы можете жить, и как вы должны жить. Именно поэтому медитаторы могут сказать: «Вы знаете, я медитирую каждый день, и в моей медитации ничего не происходит». Но потом они добавят: «Если я не медитирую, я начинаю замечать…» Вот почему я хочу задать вопрос тем из вас, кто медитирует ежедневно: что вы замечаете, когда упускаете время медитации? Возможно, у вас ухудшается самочувствие? Появляется ощущение, что чего-то не хватает? Вы становитесь вздорным? Возможно, вы стали зависимы от самой медитации?
Несколько лет назад в одной школе в Северной Ирландии была учительница, преподававшая в довольно сложном районе города. Дети там также были весьма сложными — но она научила их медитировать, и им очень понравилось медитировать вместе с ней. Однажды у нее выдалось также непростое утро — и она забыла о медитации. Но уже через пять минут один из учеников поднял руку: «Мисс, а вы ведь не медитировали сегодня утром, не правда ли?»
Я не думаю, что медитация становится зависимостью. Но мы начинаем осознавать, каким величайшим даром является возможность настроить наши крайне неуравновешенные умы, темпераменты, личности и настроения, — и мы должны постоянно восстанавливать баланс. Именно поэтому Джон Мейн учил нас медитировать дважды в день. Эти два периода медитации балансируют каждый наш день. Возможно, это непросто, — но это помогает нам создать свободное пространство внутри нас. Это аскетическая практика, создающая в нас пространство, позволяющее нам восстановить равновесие, как только мы начинаем раздражаться или терять синхронизацию с жизнью.
* “Бог стал Человеком, чтобы Человек стал Божественным” – классическая формула христианской теологии, описывающая цель Боговоплощения – обожение (греч. theosis) человека. Главными авторами этого высказывания считаются Святитель Афанасий Великий («Сын Божий стал сыном человеческим, чтобы дети человеческие стали детьми Божьими»), Святитель Ириней Лионский («Слово Божие стало человеком… чтобы человек стал сыном Божьим»), Григорий Богослов и другие отцы Церкви, которые также использовали подобные формулировки для объяснения того, чем человек является и каковы духовные перспективы человеческого развития.
** Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного. Итак, когда творишь милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди. Истинно говорю вам: они уже получают награду свою. У тебя же, когда творишь милостыню, пусть левая рука твоя не знает, что делает правая, чтобы милостыня твоя была втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно. И, когда молишься, не будь, как лицемеры, которые любят в синагогах и на углах улиц, останавливаясь, молиться, чтобы показаться перед людьми. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно. А молясь, не говорите лишнего, как язычники, ибо они думают, что в многословии своем будут услышаны; не уподобляйтесь им, ибо знает Отец ваш, в чем вы имеете нужду, прежде вашего прошения у Него. Молитесь же так: Отче наш, сущий на небесах! да святится имя Твое; да приидет Царствие Твое; да будет воля Твоя и на земле, как на небе; хлеб наш насущный дай нам на сей день; и прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого. Ибо Твое есть Царство и сила и слава во веки. Аминь. Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный, а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших. Также, когда поститесь, не будьте унылы, как лицемеры, ибо они принимают на себя мрачные лица, чтобы показаться людям постящимися. Истинно говорю вам, что они уже получают награду свою. А ты, когда постишься, помажь голову твою и умой лице твое, чтобы явиться постящимся не пред людьми, но пред Отцом твоим, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно. (Мф 6: 1-18)
Дорогие читатели, большая просьба: при публикации наших материалов указывайте ссылку на источник: wccm.ru Заранее благодарим Вас!
Рассылка новостей
Подпишитесь на ежедневную рассылку великопостных размышлений