Христанская медитация
Международное общество христианской медитации
общество | группы | статьи | видео-аудио | галерея | магазин | контакты | ссылки | новости

МЕЖДУНАРОДНОЕ ОБЩЕСТВО ХРИСТИАНСКОЙ МЕДИТАЦИИ
(The World Community for Christian Meditation)
www.wccm.org

о.Лоренс Фримен OSB "Meditatio-Москва 2013"



Великолепная нищета мантры

о.Лоренс Фримен OSB
"MEDITATIO-Киев 2011"

Лекция 6
"Стадии духовного путешествия"



Мы продолжаем говорить о духовном путешествии. У каждого из нас оно приобретает самые разные формы, но так или иначе, от обычного физического путешествия оно отличается тем, что мы не можем буквально измерять степень нашего продвижения. Когда я сегодня вечером вернусь в Лондон, я смогу совершенно четко определить, каково расстояние между Киевом и Лондоном. Но мы не можем точно так же измерить духовный процесс. И все-таки, тем не менее, это именно путешествие. И как любое путешествие, оно имеет определенные этапы. Если мы желаем его пройти и не сдаться на половине пути, нам было бы крайне полезно осознать все эти этапы. Есть два способа понимания этих этапов пути.

Первый – исходит напрямую их среды отцов-пустынников, раннехристианских монахов. Они были замечательными психологами, и в первую очередь их интересовала именно практика молитвы – опыт, а не абстрактная теология. С помощью наблюдений они поняли, какие этапы проходит человек в молитве. Первый этап таков, что в самом начале мы всегда полны энтузиазма и оптимизма. Этот период подобен влюбленности в романтических отношениях. В случае с медитацией, мы чувствуем, что счастливы от того, что нашли эту практику. И вот, мы начинаем регулярно медитировать.

Затем наступает следующий этап – ацедия [1]. Ацедия – нечто, всем нам хорошо знакомое состояние, появляющееся в процессе исполнения любых принимаемых нами обязательств. Это чувство ослабления энтузиазма, ощущение того, что мы совершили ошибку с выбором, что наш прогресс в том или ином деле является нулевым, что мы терпим поражение и Бог позабыл о нас. В ацедии нам кажется, что трава зеленее на другой стороне, противоположной той, где находимся в данный момент мы. Тот же опыт люди переживают во всех типах отношений, например – в браке, в семинарии, в монастыре. Мы начинаем с энтузиазмом, но затем утрачиваем энергию. Новизна уходит, и вы понимаете, что имеете дело с необходимостью выполнять определенную работу. Теперь мы должны выбрать, оставаться нам в плену наших переменчивых настроений, или начать жить на более глубоком уровне веры. Вера – это мера нашей способности к приверженности, мера нашей готовности участвовать в отношениях. Также, вера является проявлением нашей способности к трансценденции, к превосхождению самих себя и чего-либо вообще. Практикую приверженность, мы превосходим наше эго. Но в период ацедии это становится очень затруднительным. Переживая ацедию, мы хотим сдаться, заняться чем-то иным. Ацедия может нанести нам как незначительный ущерб, так и стать серьезной проблемой. Переживая это тяжелое состояние, вы обязательно нуждаетесь в помощи, в поощрении и поддержке. Вам необходима духовная дружба. Существует множество видов дружбы, но именно духовная дружба – наивысшая. Поддержка, о которой я говорю, может быть найдена в медитативных группах. Часто очень важен простой пример того, что происходит в медитативной практике других людей, это может стать источником вдохновения для вас. Отцы-пустынники давали определеные рекомендации для преодоления этого этапа. Они говорили, что в первую очередь вам необходимо поговорить об этом с кем-то, кто вас сможет понять. В одном из примеров таких бесед, старый монах говорит молодому ученику: «а сейчас возьми и вернись в свою келью, сядь там, твоя келья научит тебя всему» [2] Иными словами, вы можете с кем-то поговорить, но так или иначе, вам необходимо продолжать свой труд. Для нас «сидение в келье» - это сидение в медитации, на подушке или стуле. Такова вторая стадия путешествия.

Переходя к третьей стадии, пустынники говорят, что плод преодоления ацедии – апатейя [3] Апатейя – это здоровье нашей души. В период ацедии мы ощущаем, что нас знобит, наша душа чувствует себя неважно, и нам хочется полежать в кровати. Апатейя – это когда вы снова вернулись в нормальное состояние. У вас есть энергия, надежда, вы ощущаете великодушие. Вы обладаете энергией, позволяющей принимать происходящее, принимать дары жизни.

Далее пустынники говорят о том, что дитя апатейи – агапэ [4]. Агапэ – греческое слово, обозначающее любовь, в Новом Завете оно описывает любовь Бога. Есть и другие слова, обозначающие любовь – эрос, филия, сторге. Но агапэ – максимальная любовь, синтез всех других форм любви, сама суть любви.

В христианском понимании любовь является целью созерцания. И поэтому в богословии созерцание преподносится в качестве цели всей нашей жизни. Созерцание – это видение Бога. Что же мы подразумеваем под видением Бога?

Я помню, в детстве меня посещала мысль о том, что Небеса, вероятно, являются довольно скучным местом. В моем представлении возникала такая картина. Мы будем там сидеть, как в театре, на своих местах, а Бог будет восседать на сцене, на Своем троне, окруженный ангелами и епископами. Словом, мне казалось, что мы будем там находиться в качестве зрителей, наблюдающих за происходящим на сцене. Согласитесь, это не лучшая перспектива для нашей вечности. Но позднее я узнал о более ободряющем взгляде на вопрос о видении Бога, авторства св. Фомы Аквинского. Святой Фома учит, что видение Бога это прежде всего – абсолютное видение, видение, в котором мы сможем видеть все вещи такими, какими они являются. Иисус говорит об этом же – «блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят» (Мф 5:8). В таком видении мы уже не будем проецировать свои собственные желания и представления на реальность, и будем видеть ее такой, какой она действительно является. И также Фома говорит о том, что существует совершенная хвала. Под этой хвалой он подразумевает молитву, восхваление, проистекающее спонтанно из нашего сердца. И это нечто, что существенно отличается от организованного прославления Бога. Представьте себе, собрались мы сообща, и кто-то провозгласил: «восхвалим Бога!». И тут вас посещает мысль – «о, мне нужно срочно отлучиться в туалет». Или – «я бы сейчас лучше выпил кофе». Но, допустим, вы в конце концов соглашаетесь – «ок, ладно, давайте восхвалим». Да, возможно, время от времени мы вынуждены так делать, но это в любом случае не является идеальной хвалой. Истинная хвала – это то, что переполнит вас искренней радостью и покоем Бога. Также Фома говорит о том, что в видении Бога скрыто удовлетворение всех наших желаний. Бог – величайшее блаженство, величайшая радость. В видении Бога удовлетворяется все, что мы желали, и даже все то, что мы вообще могли бы пожелать когда-либо. И, наконец, Фома говорит, что видение Бога – это община высочайшего наслаждения, блаженства. Видение Бога не индивидуалистично, оно переживается во всеобщем единстве. Некоторые проблески этого опыта мы встречаем в супружеском союзе, в дружбе, в наших общинах.

Иллюстрацию к этим идеям св. Фомы дает нам св. Августин в «Граде Божьем», где он также описывает видение Бога. Августин говорит, что все получившие благодать Божию люди пребудут вместе, находя свою радость в радости друг друга. Радость каждого становится все больше от созерцания радости другого. Их радость вечно разрастается, и обращаясь друг другу, смотря друг на друга они видят Бога в глазах каждого.

Такое представление о видении Бога уже намного более интересно. Такова предельная цель нашего бытия – агапэ. И если мы будем держаться именно такого представления о своей финальной цели, нам будет намного проще проживать все трудные периоды жизни.



Далее, я хотел бы поговорить еще об одной модели рассмотения духовного путешествия и его стадий. Это более внутренняя модель, особо ориентированная на практику медитации. Попробуйте представить себе диаграмму. Мы начинаем медитировать в определенной точке. Мы садимся, начинаем повторять нашу молитвенную формулу, и наша практика постоянно прерывается возникающими у нас мыслями. Эти отвлечения воспринимаются нами как нечто очень тяжелое. Вы повторяете свое слово на протяжении нескольких мгновений, и тут же отвлекаетесь. Вскоре вы входите в период ацедии. Тут вы говорите себе: «я не хорош в том, что делаю, я не успешен». Вы бросаете то, что делали. Возможно, немного позже вы опять попробуете медитировать. Если вы таким образом продержитесь, практикуя дисциплину своего молитвенного слова, вы тем самым выйдете на новый уровень сознания. Это уровень, когда наше слово звучит в нас. Как говорит об этом традиция исихазма – слово укореняется в нашем сердце. Вы обнаружите, что когда вы стоите на остановке, гуляете, чистите картошку, слово очень естественно само приходит вам на ум. Тогда вы начнете понимать, что значит «молиться непрестанно». Это чудесное открытие, меняющее нашу жизнь. На этом уровне, конечно же, также есть отвлечения, но здесь они нас прерывают уже в меньшей степени. На этом более глубоком уровне сознания мы начинаем осознавать безсознательное. Мы можем встретиться с опытом припоминания переживаний из прошлого, которые не были нами в полной мере интегрированы, пережиты. Чаще всего это наши травмы и потери. На этом уровне молитвы мы продолжаем удерживать фокус внимания на нашем слове.

Целительная работа Духа продолжает осуществляться в нас особым образом. Вне медитации вы можете начать вспоминать, что с вами происходило лет 20 назад, о каких-то давно утраченных отношениях. Все эти воспоминания вы действительно должны проработать. Но во время медитации вы просто остаетесь со своим словом, со своей работой. Теперь мы приходим к финальному этапу в этой модели. Мы одновременно произносим слово и слушаем его. Теперь мы произносим слово более деликатно и нежно. Иногда в нашем повторении мы вообще ощущаем отсутствие всякого рассеяния ума. И здесь мы должны быть особо осторожны, так как именно в этот момент вы можете сказать себе: «все, я прибыл, мое сознание абсолютно чисто, свободно от всякой мысли». Но согласитесь, мысль о том, что «я свободен от всякой мысли» - это еще одна мысль! Поэтому не здавайтесь. Продолжайте произносить слово и слушать его.

Теперь вы спросите: «что же дальше?» Дальше, вы просто должны сохранять верность своей дисциплине. Это все равно, что прийти к стене, достичь стены вашей изолированности. Теперь вы стоите у стены, отделяющей вас от окружающих и от Бога. Здесь мы должны просто ждать и хранить верность. Постепенно некоторые кирпичи будут выпадать из этой стены, и вы сможете посмотреть за ее грань, увидеть мимолетный проблеск того, что за ней. Вы поймете, что есть нечто по ту сторону этой стены. По мере выпадания этих кирпичей, мы становимся все более свободными, мы обретаем свободу детей Божьих. Мы становимся более любящими, видение Бога развивается в нас все больше.

Следующий шаг – это исключительно Божья благодать. Тут нет никаких техник, которыми можно овладеть. Однажды стена может открыться, и вы окажетесь в Духе. Это то, что пустынники называли «чистой молитвой» (лат. oratio pura). Св. Иоанн Кассиан пишет, что «несовершенна та молитва, в которой монах сознает себя или то самое, что молится» (Собеседования 9, 31). В таком понимании монах, ведующий, что молится, не молится на самом деле. Но монах не ведающий собственной молитвы, молится поистине.

В Духе, за гранью эго, мы встречаем Иисуса, ведущего нас все дальше. Вспомним учеников Иисуса, идущих в Эммаус (Лк 24:13-36). Они шли с Иисусом, говорили с Ним, но не распознавали в собеседнике Его. Но на этом этапе наши глаза откроются, и мы узнаем Его. Помните, что когда ученики узнали Его, во время преломления хлеба, Он исчез из поля их восприятия. «Когда Он возлежал с ними, то, взяв хлеб, благословил, преломил и подал им. Тогда открылись у них глаза, и они узнали Его. Но Он стал невидим для них.» (Лк 24:30-31) Также Иисус говорит Марии Магдалине: «не прикасайся ко Мне» (Ин 20:17) Таким образом, мы не рассматриваем изображение Иисуса, а переживаем целостный опыт Его Присутствия. Вот таким и является общее христианское представление о молитве, становящейся самой реальностью. На нашем пути мы идем с Иисусом, в Духе, к Отцу. Мы движемся к Отцу, который является безграничным и вечным бытием.

Начав свое путешествие с одной из исходных точек, мы приходим к такому единому этапу. По мере приближения к этому этапу мы можем испытывать какое-то беспокойство. Но достигая этого уровня духовной нищеты, мы обретем бесконечное расширение.



Не воспринимайте описание этих этапов слишком буквально. Я бы не хотел, чтобы вы завтра в своем дневнике написали: «я достиг второго этапа». Но учитывая это описание, вы сможете лучше осознавать происходящее. Вас по-прежнему будут преследовать отвлечения, но вы поймете, что они не так важны. Есть нечто более глубокое и реальное, чем отвлечения вашего ума. Целительный труд будет продолжаться всю оставшуюся жизнь. Пока мы живем в этом материальном мире, чувство разделенности всегда будет в какой-то степени оставаться. Но мы можем прийти к более осознанному, более пробужденному, на каждом из этих этапов. В традиции христианского мистицизма мы найдем разные способы описания этого пути. Мы не должны привязываться к идее, что есть только один верный способ описания. По-настоящему важна только ваша собственная повседневная медитативная практика, только она может нас провести по пути опыта.






[1] Ацедия (лат. acedia, греч. ἀκηδία) – уныние, невнимательность, "полуденный демон" (Пс. 90: 6), отрицательно окрашенное настроение, подавленное состояние духа, сопровождающееся общим упадком сил. Одна из восьми главных греховных страстей (в римо-католической традиции один из семи смертных грехов). Понятие "ацедия" вводится в обращение Евагрием Понтийским в его классификации порочных помыслов, и впоследствии популяризируется св. Иоанном Кассианом. "Уныние есть расслабление души, изнеможение ума, пренебрежение иноческого подвига, ненависть к обету, ублажатель мирских, оболгатель Бога, будто Он немилосерд и нечеловеколюбив" (Св. Иоанн Лествичник "Лествица", 13:2).

[2] "Брат пришел в скит к авве Моисею и просил у него наставления. Старец говорил ему: пойди, сиди в своей келье, она тебя научит всему." (Древний Патерик. Достопамятные сказания о подвижничестве святых и блаженных отцов, глава 2. О том, что со всем старанием должно искать безмолвия)

[3] Апатейя (греч. απάθεια – бесстрастие, невозмутимость) – стоический принцип отрешенности от земных страстей, игры чувств. В раннехристианском учении понимался как идеал аскетического состояния, внутреннего покоя и самосозерцания. "Важно понять, из какой позиции мы исходим, вступая на путь медитации. Традиция называет эту позицию apatheia - отсутствие желаний, отказ от собственничества. Великая сила медитации заключена в способность полностью отсекать корни эгоизма в каждом из нас. Мы просто должны сместить внимание с себя – скорее даже с осознающего себя противопоставления между нашим нынешним несовершенством и совершенством, которого мы надеемся достичь в будущем." (о.Лоренс Фримен "Внутренний свет")

[4] Агапэ (греч. ἀγάπη) – одно из четырёх древнегреческих слов, переводимых на русский как "любовь". В христианстве понимается как высший вид бескорыстной, безусловной и самоотверженной любви, описывающей сущность Бога, "Бог есть любовь" (1Ин 4:8).




Перевод: Мария Захарова

Дорогие читатели, большая просьба: при публикации наших материалов указывайте ссылку на источник. Заранее благодарим Вас!


 







 

Рассылка новостей
Подпишитесь на рассылку новостей и обновлений.


www.wccm.ru
www.wccm.org.ua
www.christian-meditation.com.ua

info@wccm.org.ua








Христанская медитация Христанская медитация