о.Лоренс Фримен OSB “Великий пост 2021” (I неделя)

I неделя

Пятница I недели Великого поста

«Если праведность ваша не превзойдет праведности книжников и фарисеев, то вы не войдете в Царство Небесное.» (Мф 5:20)

Недавно меня спрашивали, как год пандемии повлиял на меня лично. Мне немного неловко, но вынужден признать, что я оказался в числе тех десяти процентов людей, которые, как показывают исследования, возпользовались определенными преимуществами этого положения.

Похоже, что шестьдесят процентов оказались очень устойчивыми к кризису, некоторые люди, имевшие менее стабильную психику, испытывали сильные страдания, а кто-то пережил эпизодические состояния депрессии и тревожности. Конечно, эта аккуратно причёсанная статистика игнорирует священность каждого личного опыта и тот размах, который трагедия приобрела в жизни отдельных людей. Мнение большинства из нас многократно колебалось в течении этого года. Окончательную оценку происходящему мы сможем дать, наверное, лишь по прошествии нескольких лет. Я знаю людей, которые умерли, и тех, кто долго болел коронавирусом. И я прекрасно понимаю, что, хотя нас всех поразил один и тот же шторм, мы ни в коем случае не оказались в одной лодке.

Локдаун застал меня в Бонневю, в окружении теплой, живой и любящей общины. Это место обладает невероятной природной красотой. Долгая история созерцательной жизни пропитала здешнюю землю и здания, и все здесь непрерывное излучает энергию покоя. Последние годы я много путешествовал. Но всякий раз, перед очередной поездкой, во мне на миг появлялась надежда, что что-то произойдет и я смогу никуда не ехать. Некоторые люди стали думать, что я привязался к путешествиям ради них самих, но это не так. Тем не менее, я всегда и везде чувствовал себя как дома и был обильно благословлен людьми и местами, которые я посетил. Лишившись возможности путешествовать, я совсем не печалился и с большим удовлетворением провел девять месяцев в Бонневю. Будучи частью местной общины и соблюдая повседневную духовную дисциплину, я делил свое время также с шестьюдесятью семью национальными центрами, как с большой семьей.

Мы почувствовали потребность помочь всем тем, кто оказался в менее безопасном и приятном положении. Поэтому мы разработали онлайн-программу обучения и поддержки ежедневной практики медитации, предложили всем желающим ретриты и курсы, приглашали самых разных спикеров и проводили сессии межрелигиозного диалога, направленные на то, чтобы помочь людям переосмыслить кризис. Судя по отзывам, результат стоил затраченных усилий. Это было, без сомнения, напряженное, но творческое время. Я осознал духовный потенциал Интернета, а также то, что он может потребовать больше времени и энергии, чем физическое измерение. И также я стал лучше понимать миссию нашего центра в Бонневю.

Затем, когда в конце года община решила отдохнуть, я отправился как отшельник на остров Бер Айленд и провел там несколько недель в одиночестве. Хотя я продолжал преподавать онлайн, жизнь там была совсем другой. Здесь я мог следовать собственному расписанию и дольше медитировать. Время, проведенное на Бер Айленде, было для меня не только шансом переключиться на менее напряженный образ жизни, но и помогло восстановить собственный ресурс покоя и созерцания, который ослаб, хоть я этого и не осознавал.

Год Ковида был нелегким, но я пострадал гораздо меньше других. Я надеюсь, что нежданно подаренная милость поможет мне в нашей общине лучше послужить всем тем, кто ищет смысла в этом хаосе, покоя в своих страхах и Бога в сердце.

Четверг I недели Великого поста

« Просите, и дано будет вам…» (Мф 7: 7-12)

Сегодняшнее литургическое чтение из Евангелия учит нас, как не следует читать, а также как прочесть правильно Писание — и даже всю нашу жизнь.

В Великобритании, где запущена невероятно успешная и оперативная программа вакцинации, большинство новостей касаются того, «как скоро мы сможем вернуться к нормальной жизни?». Как только колличество заболевших падает, раздаются призывы спасать экономику и снова открыть границы. Когда ситуация ухудшается, все начинают кого-то обвинять в том, что меры предосторожности были отменены слишком рано. Правительства, стремящиеся угодить всем сразу, прикрываются «наукой». Будьте осторожны с тем, о чем просите, потому что вам может не понравиться то, что вы получите.

Сегодняшнее Евангелие начинается с заверения Иисуса в том, что, если мы попросим что-то, ​​мы это непременно получим. Любому, кто стучит, откроется дверь, и всякий, кто ищет, найдет. Наше истолкование этих слов может быть таким же поверхностным и поспешным, как неоправданно раннее открытие ресторанов и отелей популистским правительством. Очевидно, что просить о чем-то — это не просто потереть волшебную лампу и загадать желание, приговаривая, «только бы это сбылось!». Если бы молитва была подобна такой погоне за исполнением наших желаний, жизнь стала бы тусклой и смертельно скучной; и наша человечность свелась бы до нижайшего уровня – до уровня потребителя с бесконечным кредитом, чья нереализованная жизнь растратится на исполнение желаний. Если бы Иисус имел в виду именно это и если получение того, о чем мы просим, ​​означало бы мгновенное удовлетворение, нам очень скоро пришлось бы просить об отмене этого благословения. Наверное, мы все же нуждаемся в более здоровых способах страданий.

В заключительных словах отрывка скрыто более глубокое понимание тайны жизни. Иисус проводит сравнение между хорошими родителями и Богом. Если ребенок попросит у родителей хлеба, родители не дадут ему ядовитую змею*. «Так и отец ваш Небесный дает благо просящим».

Означает ли это, что наши просьбы ограничены чем-то конкретным? Просите, но пусть ваша просьба исходит из глубины, где фантазии не перекрывают собой чистую жажду. Ищите, но ищите внутри, а не вовне. Ищите, не отвлекаясь на представления о том, что вы ищете. Стучите в нераскрытую дверь, ожидая иного способа войти. Стучите в дверь с обеих сторон.

Иисус завершает свою речь Золотым правилом, присутствующим во всех традициях духовной мудрости, универсальным ключом к реальности. Это то, что мы должны делать, если хотим получить, найти, открыть дверь: относиться к другим так, как хотели бы, чтобы другие относились к нам.

* «Есть ли между вами такой человек, который, когда сын его попросит у него хлеба, подал бы ему камень? И, когда попросит рыбы, подал бы ему змею?» (Мф 7: 7-12)

Среда I недели Великого поста

Подающий надежды молодой судья попал под духовное влияние суфийского учителя и начал проходить первые стадии личного пробуждения. Со временем это привело его к отказу от своего статуса и должности, и он стал дервишем, участником суфийской ложи, которая была частью общины, собравшейся вокруг шейха. Он был счастлив. Он не сомневался в своем решении и был полон великого энтузиазма и надежды.

Затем медленно, сначала почти незаметно, его эго начало сопротивляться и жаловаться. Эго говорило ему: «Ты так благороден, что отказался от всего и ступил на этот путь. Люди тобой восхищаются». И он был счастлив идти столь особым путем — «путем любви», как называл его шейх, — причем, следовать этим путем под руководством такого выдающегося учителя. «Но, — шептало эго, — ты ведь отличаешься от других учеников! Ты образованный, с хорошими связями, хороший лидер. И ты заслуживаешь признания». Вскоре община столкнулась с ситуацией, касающейся собственности и требовавшей юридического решения. Вопрос был вынесен на финальный суд шейха, и наш новичок с гордостью предложил свои услуги, отметив, что это была его специализированная область обучения, о которой он «знал все». Он не мог подавить улыбку самодовольства и удовольствия от возможности использовать свои таланты. Шейх посмотрел на него с любовью, но проницательно, и сказал ему, что в общине есть особая работа, которую бывший судья может выполнить лучше, чем кто-либо другой. Улыбка на лице новичка стала шире. И тогда шейх повел его в заднюю часть дома и показал ему живущую при общине собаку. «Вот собака, а вот ее миска. Твоя работа — кормить и ухаживать за нашей собакой». И шейх повернулся и ушел. Тут новичка охватил приступ ярости, и он швырнул миску на пол. Шейх вернулся и молча посмотрел на него.

И вот, он послушно кормил собаку каждый день, стойко перенося борьбу со своим эго, — и в тишине уединения в своей комнате, и особенно когда он встречал людей, знавших его раньше, которых забавляло его теперешнее низкое положение. Ему помогало особое внимание учителя, и он добился прогресса в своем послушании, подобном повторению мантры. Но именно это внимание заставило другого члена общины, молодого высокопоставленного чиновника, почувствовать зависть. А зависть переросла в неконтролируемую ревность к тому, как шейх обращается с новичком и как другие члены общины растут в уважении к нему. И завистник измыслил и распространил клевету о своем сопернике и дочери шейха.

Став жертвой клеветы, наш герой очень страдал за себя и девушку. Он был возмущен, разъярен и полон решимости противостоять этому; поэтому он пошел рассказать шейху, что происходит. Шейх выслушал его, но затем сказал ему, что он проиграл. Он должен был вынести испытание молча. Отстранённо посмотрев на ученика, учитель сказал ему, что теперь он должен покинуть общину. В слезах, разбитый и опустошенный, он снова вышел в мир странником в пустыне, оставшись ни с чем.

Конечно, это еще не конец истории. Но этот фрагмент проливает свет на процесс борьбы с эго, через который проходит каждый, кто медитирует, двигаясь от поверхности к более глубоким уровням «пути любви». Великий Пост — время для размышлений об этом пути, и такая история может помочь нам понять, где мы находимся и с какими проблемами мы сталкиваемся в настоящее время.

Вторник I недели Великого поста

Он хранил этот секрет столько, сколько себя помнил. Его защита стала приоритетным рефлексом, влияющим на все решения в его жизни. Впоследствии он никогда не был уверен, знал ли он, что делает, или нет.  Иногда он думал, что знал, но затем подавлял или просто забывал эту мысль. Он хранил этот секрет даже от себя, хотя знал о нем больше, чем кто-либо. Был ли этот секрет реальным событием, или причиной, по которой оно произошло, или стыдом, который это событие необъяснимым образом оставило в нем? Что побудило его сконструировать идентичность, ложность которой лишь увеличивала его позор?

Это событие было отвратительным злоупотреблением властью взрослых над ребенком, размытие границ и внесение сумбура в то, чего ребенок имел право ожидать, в чем имел право быть уверенным — в любви и заботе о нем. Причины предательства ребенка были частью взрослого мира мести и власти, непонятного ему в детстве. Это оставило его с чувством стыда, от которого он не мог избавиться.  Под маской той личности, которую мир находил очаровательной и завидной, это продолжало за него цепляться. Но с детства это cделало его неспособным уступать, любить или даже серьезно относиться к другому, — разве что за исключением кратких периодов времени, пока не станет возможным снова сбежать.

Его случай был особенно тяжелым. Но у всех нас есть склонность хранить в секрете то, что когда-то причинило нам боль и окутало нас покровом стыда. Всю эту систему боли, стыда и секретности можно назвать грехом.  Падение Адама и Евы в Книге Бытия описывает это очень честно. Любой, кто не узнает себя в этом рассказе, должен выучить его наизусть.

Великий пост — это возможность подумать о том, что мы понимаем под грехом. Пока мы не исправим свое понимание, мы не поймем, что такое благодать. Не иметь возможности распознать благодать — серьезный недостаток. Я недавно заметил, сколько рекламных кампаний по продаже удовольствий (шоколад, сериалы Netflix, спа-салоны) используют сам термин «грех», чтобы привлечь наше внимание или просто дразнить нас соблазном чего-то выходящего за рамки приличий или запретного. Это может выглядеть безобидно, но является опасно глупым, ибо ограничивает грех семью его смертоносными проявлениями и отвлекает нас от истинной природы греха и его глубокого пятна на человеческом состоянии.

Там, где грех, в наибольшей степени изливается благодать. Ведь благодать — это божественно безусловное и никогда не прекращаемое предложение помощи. Что же нужно, чтобы на нас пролилась благодать? — всего лишь признаться в собственной потребности в помощи, в том, что мы ошиблись и теперь хотим это исправить. И поразительная благодать приходит в откровении, что всякое исцеление — а прощение и есть исцеление — это, по сути, самоисцеление. И благодать срывает с нас покров стыда, открывая нам, что по милости Божьей мы обладаем огромной силой, превосходящей все, что могло бы поработить или опозорить нас.

В ночь Великой Субботы в темноте, освещенной только пасхальной свечой, мы воспеваем благодарность за грехопадение, потому что оно принесло благодать, намного его превосходящую. «O Felix Culpa: о счастливая вина Адама, который заслужил для нас такого великого, такого славного Искупителя».

Понедельник I недели Великого поста

Как вы реагируете на слово «спокойствие»? С чем оно у вас ассоциируется — с балансом, равновесием, порядком, тишиной? Или, возможно, с бездействием, стагнацией, спадом, пассивностью?  Спокойствие — оно динамическое или статичное? Является ли оно целью, которую мы должны преследовать, или обстоятельством, которое мы должны преодолеть как можно скорее? Благодаря опыту медитации мы можем ответить на эти вопросы так: «все относительно». Ведь те, кто медитирует, способны увидеть сильные стороны в любых противоположностях.

Вероятно, наше понимание и правда относительно и зависит от обстоятельств, однако у нас по-прежнему могут сохраняться определенные предпочтения, какие-нибудь «за» или «против». И за нашими предпочтениями может скрываться страх — или же стремление к покою. Если вы чрезмерно активны, покой будет казаться вам привлекательным. Но если вам скучно, вы не работаете или находитесь в карантине, покой — это последнее, чего вы хотите. Как мы видим, поляризация взглядов возможна даже по поводу значения такого безобидного словечка, как это. Таким образом рождается чувство конфликта, часто основывающееся на убеждении, что «если я не получу всего, я могу остаться ни с чем». Итак, человек, который не согласен с нами, который, как нам кажется, находится на другой стороне реки, — а река эта течет даже быстрее, чем мы думали, и на нет нет ни единого моста, — это наш враг? Нам начинает казаться, что этот человек не имеет такого права на существование, как мы сами.  Нас охватывает тревожное чувство возможной нехватки ресурса — нам кажется, что у нас могут отнять даже то, что мы имеем.

Фракции сторонников и противников Трампа в США, сторонники Брекзита и его противники в Великобритании породили глубокое чувство разделения и разобщенности.  Восстановление диалога и духа доверия станет тяжелой работой для обоих обществ на долгие годы. Но разве во всем мире найдется место, где не чувствовалось бы нечто подобное? Разделение нарушает баланс гражданского общества, а спокойствие, сглаживающее взаимную неприязнь, по крайней мере, обладает некоторой привлекательностью. Вопрос лишь в том, как же его достичь.

Когда мы отвечаем на наши вопросы «все относительно», это не вполне подходящий ответ.

Ведь не обязательно ответом будет «либо то, либо другое» — бывает, что правильный ответ «оба», причем эти «оба» пребывают в гармонии между собой. Самый практичный способ достичь сочетания динамического спокойствия и гармоничной деятельности — это добровольно жертвовать временем ради работы на благо этого спокойствия. Поскольку человеческая природа склонна к чрезмерной активности (физической, экономической или умственной), наша задача, как ясно показывает история Марфы и Марии, состоит в том, чтобы защитить элементы спокойствия и тишины, и ценить их как неотъемлемую часть человеческого благополучия. Жизнь Иисуса, ставшая для нас примером того, как должен жить человек,  включала периоды уединения и тишины, но также и периоды напряженной внешней деятельности.

Спокойствие присуще хорошей жизни. Молитва, пост и справедливость способны достичь нашего центра, где и находится спокойствие. Все эти три аспекта способствуют правильной практике Великого поста. Речь идет о балансе, который всегда достигается тяжелым трудом и который трудно поддерживать как в частной, так и в общественной жизни.

I воскресенье Великого поста

В пятницу участница нашей группы медитации для бизнесменов в Бонневю поделилась красивым, глубоко личным рассказом о своей жизни, одновременно пугающим и смешным. По ее словам, до сорока лет она была полностью сосредоточена на успехе и развлечениях, стараясь добиться и того и другого одновременно. Почти все ее амбиции были исполнены. Потом у ее матери диагностировали тяжелую форму рака, и ее жизнь начала распадаться. В первую очередь именно тело стало вестником того, что происходило у нее внутри, когда она теряла контроль над собой: боли в мышцах и суставах, бессонница, проблемы с дыханием, пробелы в памяти и все более частые панические атаки. Тело никогда не лжет. Наконец, после ужасающего случая амнезии, случившегося с ней во время прогулки с детьми в торговом центре, она согласилась: «Да, мне нужна помощь». Неизбежное смирение стало поворотным моментом в ее жизни, который привел ее к постепенному переходу к обретению нового внутреннего центра. Теперь она успешно помогает другим распознавать все эти симптомы и встречать их осознанно, чтобы избежать худшего. Не все должны переживать худшее, как она.

Она рассказала, что начав уделять время тишине и покою — чего она никогда раньше не делала в вихре невнимательности — она ​​впервые по-настоящему стала замечать других людей. Сидя в парке и глядя на прохожих, она впервые увидела не просто вереницу лиц, а выражения, чувства, коммуникативные знаки. Медитация теперь является основой ее новой, более радостной и осмысленной жизни, и она делится этой практикой с другими деловыми людьми, находящимися в стрессовом состоянии.

Многие евангельские истории показывают Иисуса в различных бытовых ситуациях – принимающего пищу или присутствующего на свадьбе. Он часто использует эти события, чтобы проиллюстрировать свое учение. Можно ли представить, что Его присутствие на свадьбе было мрачным и угрюмым, или что Он игнорировал веселящихся и танцующих гостей? Но Иисус, находясь на празднике, дает нам наставление: «Могут ли печалиться сыны чертога брачного, пока с ними жених? Но придут дни, когда отнимется у них жених, и тогда будут поститься.» (Мф 9:15) Он напоминает, что жизнь — это не только развлечения и игры. Не стоит воспринимать реальность, как смесь приятного и неприятного для нас, смесь света и тени.  Отрицая что-либо, мы просто подавляем то, что мы боимся столкнуться. В конечном итоге подавление прорывается через тело или наше поведение. Истина выйдет наружу. (Если мы замечаем, что нас болезненно тянет к новостям или фильмам о том, чего мы боимся, мы должны спросить, почему это бессознательно является катарсическим для нас).

Слово «скорбь» по-гречески — penthos: дух скорби в мифологии и важный элемент мистического богословия. В своем учении о блаженствах Иисус говорит: «Счастливы скорбящие, ибо они утешатся». Мы не должны бояться, если временами медитация вызывает чувство скорби или печали. Великий пост может быть временем, когда мы признаем это естественным проявлением незавершенности нашего труда (как женщина, о которой я рассказывал в начале текста, описывает свою теперешнюю жизнь). Это часть нашего движения к полноте бытия и к истинному счастью. Первым признаком этого движения является наша способность замечать выражение лиц других людей и внимательно следить за тем, что они говорят. Для пророка Исайи это активное сострадание означает справедливость. Без этого постные усилия, раздача милостыни и все прочее — лишь тень того, для чего предназначены все эти действия.

Дорогие читатели, большая просьба: при публикации наших материалов указывайте ссылку на источник: wccm.ru. Заранее благодарим Вас!

 

Рассылка новостей 
Подпишитесь на ежедневную рассылку великопостных размышлений