Вопросы наших читателей, фрагменты интервью

Часто задаваемые вопросы о христианской медитации в традиции Джона Мейна

Вопрос: В текстах Джона Мейна и в статьях на вашем сайте часто упоминается выражение “молитвенная формула”. Что это, и почему не пишется просто “молитва”?

Ответ: о. Лоренс Фримен и о. Джон Мейн пользуются таким термином по той причине, что в преподаваемой ими традиции христианской медитации идет речь о радикально простой, “нищей”, интеллектуально аскетичной практике молитвы. Многие люди привыкли к тому, что молитва должна содержать в себе множество образов и слов. Но медитация в традиции Джона Мейна – это именно созерцательная и тихая молитва, в которой какая-либо словесная сложность сведена к минимуму. Св. Иоанн Кассиан в своих “Собеседованиях”* говорит о молитвенной формуле (formula pietatis), которую должен “повторять и удерживать монах, отрешившись от всех телесных забот и беспокойств”. Джон Мейн предлагает в качестве такой формулы новозаветное слово “Маранафа”. Понятие “формула” указывает на монологическую молитву, на слово или краткую фразу, которыми человек в данной ситуации молится, с которыми входит в непрестанную молитву (oratio perpetua). Формула – нечто фиксированное и неизменное. Отче Наш, Символ Веры и другие традиционные молитвы, литургические тексты – все это в буквальном смысле именно молитвенные формулы, своей постоянной формулировкой определяющие наш опыт общения с Богом. Также в своей традиции Джон Мейн употреблял слово “мантра”, популярное в 60-х годах у той аудитории, к которой он обращался, ссылаясь на “формулу” Иоанна Кассиана.

* Иоанн Кассиан в произведении “Десять собеседований отцов, пребывающих в Скитской пустыне” излагает основные принципы созерцательной молитвы и предлагает молитвенную формулу “Поспеши, Боже, избавить меня; поспеши, Господи, на помощь мне”.

Редакция wccm.ru

 

Вопрос: Мантра – не христианское понятие?

Ответ: Слово “мантра”, на сегодняшний день прочно вошедшее в речевой обиход современного горожанина, является переводом термина на санскрите, означавшего священное выражение или слово, предназначенное для многократного молитвенного повторения. Само слово воспринимается зачастую как термин, относящийся исключительно к восточным религиям. Но практика, с которой ассоциируется слово “мантра” была свойственна также и раннему христианству. Медитация с мантрой – это молитвенная практика, в которой одна и та же краткая молитвенная формула повторяется в течении определенного времени. Во времена раннего христианства такая практика называлась монологической молитвой, она же получила развитие в исихастской традиции. Монологическая молитва практиковалась в основном в монашеской среде, тогда как в восточных религиях такой подход был шире распространен в среде мирян. Поэтому Джон Мейн, возрождая традицию христианской созерцательной молитвы, обратился к слову мантра – в тот момент оно было намного более знакомо современному человеку, чем аналогичные традиционные термины из церковного языка. Используя этот термин, он всегда учил делать основой медитации молитвенную формулу, укорененную в христианской традиции.

Важно отметить, в свете распространенной критики слова “мантра”, что употребляясь в контексте христианской медитативной традиции Джона Мейна, оно подразумевает не механическое или бездумное “начитывание”, а осознанное и внимательное молитвенное повторение, в котором ум не рассеиваясь на размышления, заключен в простоту и глубину отдельного священного слова или краткой фразы. Такой способ христианской медитации не связан с достижением каких-либо “особых” ощущений. Его основой является верность своей молитвенной формуле, ведущая к смирению стабильность ежедневной дисциплины, трезвое переживание основы текущего момента – безмолвного присутствия Бога “здесь и сейчас”.

“Повторение слова, исполненное веры, собирает все наше бытие в одной точке. Оно ведет нас к тишине, концентрации, должной степени осознания, позволяющей нам открыть ум и сердце делу Божьей любви в глубинах нашего существа” (о.Джон Мейн OSB “Мгновение Христово”)

Редакция wccm.ru

“Один из вопросов, вызывающий сомнения в том, что медитация в традиции Джона Мейна является христианской практикой, связан с употреблением мантры – как с самим термином, так и с практикой её использования. На этот счет существует чёткое и обоснованное учение. Св. Иоанн Кассиан даёт ключ к мудрости христианского пустынничества в замечательных 9 и 10 Собеседованиях о молитве: нищета духа, смиренное повторение нескольких священных слов, называемых по-латыни “formula” помогают нам удерживать внимание на Господе, вместо нас самих. Классическое произведение XIV века “Облако неведения” говорит об “одном малом слове”, которое помогает нам повернуться от отвлекающих факторов к тайне Бога. По своему прозрению, Джон Мейн назвал это слово “мантрой”, чтобы соотнести эту типичную христианскую традицию с общечеловеческой мудростью. “Mantra” – это также английское слово, согласно Оксфордскому Словарю Английского Языка, несмотря на то, что оно часто используется в отношении обещаний политиков. Первоначально санскритское слово “мантра” переводится как “нечто, очищающее ум” (санскрит – язык, из которого произошло большинство европейских языков). Оно относится к короткому стиху из Писания или священному слову, которое повторяется многократно с особым глубоким вниманием. Розарий, слова Мессы, благословения и знакомые, часто повторяемые молитвы – всё это мантры в этом смысле. И, кроме того, есть указание Иисуса, в котором он учит нас не болтать, не провозглашать длинные и сложные речи, а “зайти в потаённую комнату, и молиться не устами, а в тишине”.

о.Лоренс Фримен OSB “Драгоценная жемчужина”

“Мы рекомендуем молитвенное слово “Маранафа”*. Мы называем это слово “мантрой”. Этот термин, происходящий из санскрита, соответствует тому, что Кассиан определяет как “формула”, а “Облако неведения” называет “одним малым словом”. Современный английский полностью ассимилировал термин “мантра”, как ранее еврейское “аминь” и греческое “Христос”. Весьма вероятно, что это один из знаков, указывающих на обширный и таинственный процесс, соединяющий в браке Восток и Запад. Однако восточное происхождение этого термина не имеет существенного значения. Немаловажным достоинством его употребления является осознание того, что эта медитация отличается от того процесса, который мы привыкли считать молитвой. Речь не идет ни о разговоре с Богом, ни о размышлении о Боге, ни о прошении о чем-либо. Слово “маранафа” означает по-арамейски – на языке, которым пользовался Иисус, – “Прийди, Господи”. Это одна из старейших сохранившихся до наших дней христианских молитв, которая в те времена фигурировала в качестве – как мы бы назвали это сегодня – мантры.”

Маранафа – фраза, литургический возглас на арамейском языке (сирийский диалект). Употреблено в 1Кор 16:22, Отк.22:20 (на греческом, переведено как «Гряди, Господь»). Существуют разные варианты перевода фразы: «приди, Господь наш!» (в записи «Marana tha!»), «Господь идет» («Maran atha»), «Господь придет» или «Господь пришел». Фраза употреблялась ранними христианами в качестве приветствия при встрече. Слово «Маранафа» использовалось в служениях, чтобы призвать присутствие Божье во время Вечери Господней и для того, чтобы выразить желание о том, чтобы Господь вернулся для утверждения Своего Царства. “Маранафа” является богослужебным реликтом, дошедшим от христианской первообщины наряду с такими семитскими словами, как “Аллилуйя” и “Осанна”.

о.Лоренс Фримен OSB “Внутренний свет”

 

При цитировании обязательна ссылка на wccm.ru